Характерная черта статуи - хрупкость образа юной Марии. Тем более крупным и весомым кажется младенец на ее руках. Впечатление его тяжести подчеркивается тем, что длинные пальцы Марии вдавливаются в нежное тело Христа. Интересно, что эта находка, кем бы она ни была сделана, является отличительным признаком всех статуй Марии крумловского типа. Тяжесть младенца передается и позой Марии. Она держит Христа над опорной ногой, и фигура приобретает, таким образом, устойчивость. Свободная нога чуть согнута в колене, оно слегка вырисовывается под тканью платья. Физическое напряжение заставляет Марию изогнуть стан и откинуться назад. Это движение создает типичный готический изгиб, а художник, стремясь к выразительности образа, еще утрирует его.

Хотя «прекрасные мадонны» задуманы уже как статуи, не связанные ни с архитектурой, ни с алтарем и стоящие более или менее свободно в пространстве, сила традиций столь велика, что мастер «Крумловской Мадонны» трактует свое произведение в плоскостном плане, очень робко выдвигая его в пространство. Узкие плечи Марии, торс младенца развернуты параллельно обрезу плинта. Таким образом, фигуры кажутся немного распластанными по плоскости. Завоевание трехмерности шло медленно и требовало огромных усилий. Ведь еще «Исайя» Нанни ди Банко (1408, Флоренция, собор), одного из основателей итальянского Ренессанса, трактован как горельеф, а не как круглая статуя.

Эта плоскостность в некоторой степени преодолена в «Торуньской Марии». Богоматерь здесь более явственно обращена к младенцу - она дает ему яблоко, и младенец в свою очередь повернут к матери во встречном движении. В результате правое плечо Марии и левое младенца обращены к зрителю и, правда робко, развернуты в пространстве. И еще один важный момент отличает «Торуньскую Мадонну» от «Крумловской» - постановка фигуры.